М.: Изд. фирма "Вост. лит-ра", 2001. 600 с. * Изящный и звучный язык Фирдоуси, Хайяма, Хафиза, Садека Хедаята и имама Хомейни называют в литературе "французским языком Востока", вторым языком ислама. В России существует давняя традиция изучения персидского языка, однако до сих пор не было создано его полной и всеобъемлющей грамматики, которая обобщала бы разрозненные исследования многих ученых-персоведов. Не было составлено такой грамматики и в других странах. Даже издаваемые в самом Иране объемистые труды по грамматике персидского языка не дают полной картины его современного состояния. В этих работах в значительной степени сохраняется приверженность традициям, заимствованным из арабской классической грамматики, а большинство примеров, иллюстрирующих грамматические правила или явления, берутся из классической поэзии, язык которой значительно отличается от современного персидского языка. Между тем в науке о грамматике персидского языка не по всем вопросам существует единство мнений, целый ряд проблем еще не получил должного освещения. В значительной мере эти пробелы восполняет новая работа ученого-ираниста Ю.А. Рубинчика, известного не только в России, но и за рубежом. Книга состоит из трех основных частей: I - Фонетическая и морфологическая структура персидского слова, II - Морфология, III - Синтаксис. Древние надписи, рукописи, старинные книги и документы позволяют представить картину эволюции персидского языка с I тысячелетия до н.э. до наших дней. Если древнеперсидский язык имел развитую и сложную систему падежей существительных и прилагательных с разнообразными типами склонения и падежными окончаниями, а также многочисленные формы глагола, категории которого также выражались в основном флексией (окончанием), то в течение полуторы тысячи лет его облик кардинально изменился: исчезли падежи, роды имен, двойственное число; появилась другая парадигма глагола; грамматические значения имен и глаголов стали передаваться служебными элементами, т.е. язык стал аналитическим. Например: у амадэ аст - "он (она) [уже] пришел (пришла)", где у - местоимение, амадэ - причастие глагола, выражающее его лексическое значение, аст - служебный глагол, выражающий перфектное значение глагольной формы (когда результат прошлого действия связан с настоящим моментом). Имеется целый ряд других аналитических форм, выражающих различные временные и модальные оттенки. (Здесь можно говорить о некоторой аналогии с английским глаголом). Существуют и неаналитические глагольные формы, в которых лицо и число выражаются окончаниями, стандартными для большинства форм глагола (это, в основном, пережиточные окончания). Если во флективных языках типа русского отношения между словами в предложении выражаются преимущественно с помощью падежных окончаний, то в аналитических - типа персидского или английского - для этого служат предлоги и строгий порядок слов в предложении. Обладая весьма ограниченными грамматическими средствами для выражения различных оттенков мысли, имеющихся во флективных языках, персидский язык тем не менее признается красочным и весьма выразительным. За счет чего же это достигается? Ю.А. Рубинчик, посвятивший целый ряд работ и монографию 1 персидской фразеологии, пришел к выводу, что в данном языке фразеологизмы выполняют функции некоторых частей речи. Существительного: барг-е сабз - "скромный дар" (букв.: "зеленый лист"), санг-е pah - "помеха", "камень преткновения" (букв.: "камень на дороге"); прилагательного: пир-о-кур - "дряхлый", "немощный" (букв.: "старый и слепой"), моуред-е эhтерам - "уважаемый" (букв.: "предмет уважения"); наречия: бэ тоур-е мотавассет - "в среднем" (букв.: "по способу среднего"), дар йек чешм бар hам задан - "в мгновение ока", "моментально" (букв.: "за одно смыкание век") и др. * Книга вышла при содействии Посольства Исламской Республики Иран в РФ. стр. 217 Главная сфера функционирования фразеологизмов - глагол. По структуре все глаголы в персидском языке делятся на простые, префиксальные и сложные. Первые две группы весьма немногочисленны и практически не пополняются, сложные же составляют основную массу глаголов. Изучение природы, семантики и использования сложных глаголов в речи привело Ю.А. Рубинчика к мысли, что это - фразеологизмы, обладающие различной структурой и степенью мотивированности/немотивированности их значения, например: кар кардан - "работать" ( кар "работа" + кардан "делать"), но cap задан - "заглядывать", "наведываться" ( cap "голова" + задан "бить"), сарма хордан - "простужаться" ( сарма "холод" + хордан "кушать"). Близко к сложным глаголам стоят и многочисленные глагольные фразеологизмы, т.е. устойчивые словосочетания, состоящие из трех и более слов: тартиб- е асар дадан - "реагировать", бедруд-э haйаm гофтан - "скончаться" и др. Все эти фразеологизмы, отличающиеся целостностью значения, ведут себя в языке как соответствующие части речи, выполняя их функции в предложении. К такому фундаментальному выводу о роли фразеологии в грамматической системе персидского языка Ю.А. Рубинчик пришел в результате многолетней работы, начатой им еще с того времени, когда он руководил созданием двухтомного персидско-русского словаря 2 . Этот вывод стал новым словом в иранистике. Теперь к характеристике типологии персидского языка можно добавить и еще одно качество: это - фразеологический язык. В своей новой книге Ю.А. Рубинчик сделал и другие открытия, до сего времени не получившие освещения в грамматической литературе по персидскому языку: - уточнил вопросы фонетики и фонологии, фонемный состав языка; - сформулировал проблемы морфонологии, т.е. фонетические явления, происходящие на стыках морфем, всякого рода звуковые вставки (эпентезы), используемые при словообразовании; - дал четкие критерии различения многочисленных слов с нерасчлененной семантикой, т.е. отнесения их к той или иной части речи, ввиду отсутствия у них особых признаков (например: мард - "мужчина", сард - "холодный", но бала - "верх", "верхний", "наверху"); - скорректировал и сформулировал вопросы словообразования частей речи; впервые четко описал категории имени и глагола; - выработал строгую градацию по структуре и значению простых (двусоставных и односоставных, особенно безличных) и сложных (сложносочиненных и сложноподчиненных) предложений; по-новому проанализировал бессоюзные сложные предложения; - обобщил и представил в виде целостной концепции сложные проблемы постпозитивного выделительного артикля -и, оформляющего соответствующую категорию выделенности существительного, и послелога -ра, оформляющего прямое дополнение при переходном глаголе; - дал обобщенную характеристику и определил особенности функционирования арабских заимствований, играющих определенную роль в персидской грамматике. Интересны и логичны также замечания Ю.А. Рубинчика о проблемах персидской письменности и орфографии, разнобой в которой затрудняет преподавание и лексикографическую работу. Есть в книге много и других новаторских положений. Создание стройного и целостного учения о современном персидском языке знаменует завершение определенного этапа в научной работе автора, который не только скрупулезно изучил и обобщил достижения других исследователей, но и критически пересмотрел целый ряд устоявшихся мнений. Издание такого труда стало событием и в отечественной, и в мировой иранистике. Работа написана на высоком научном уровне, прекрасным языком, иллюстрирована убедительными примерами. Она, безусловно, станет предметом глубокого изучения и благожелательной критики, а главное - внедрения в научный обиход, в практику преподавания. Полагаю, что выход в свет новой работы Ю.А. Рубинчика по грамматике персидского языка получит резонанс не только в России, но и в мировой иранистике, особенно в самом Иране, где в настоящее время придается особое значение развитию и распространению персидского языка. ПРИМЕЧАНИЯ 1 Рубинчик Ю.А. Основы фразеологии персидского языка. М.: Глав. ред. вост. лит-ры, 1981. 2 Персидско-русский словарь / Под ред. Ю.А. Рубинчика. Т. 1-2. Изд. 2-е стереотип., с прилож. новых слов. М.: Русский язык, 1983.
© library.kg

Permanent link to this publication:

https://library.kg/m/articles/view/Ю-А-РУБИНЧИК-ГРАММАТИКА-СОВРЕМЕННОГО-ПЕРСИДСКОГО-ЛИТЕРАТУРНОГО-ЯЗЫКА